Feb. 22nd, 2017

Оригинал взят у [livejournal.com profile] mr_aug в Ремарк "Три товарища"
Снова перечитываю...

Я плавал целый час и теперь загорал на пляже. Пат была еще в воде. Ее белая купальная шапочка то появлялась, то исчезала в синем перекате волн. Над морем кружились и кричали чайки. На горизонте медленно плыл пароход, волоча за собой длинный султан дыма.

Сильно припекало солнце. В его лучах таяло всякое желание сопротивляться сонливой бездумной лени. Я закрыл глаза и вытянулся во весь рост. Подо мной шуршал горячий песок. В ушах отдавался шум слабого прибоя. Я начал что-то вспоминать, какой-то день, когда лежал точно так же...

Это было летом 1917 года. Наша рота находилась тогда во Фландрии, и нас неожиданно отвели на несколько дней в Остенде на отдых. Майер, Хольтхофф, Брейер, Лютгенс, я и еще кое-кто. Большинство из нас никогда еще не было у моря, и эти немногие дни, этот почти непостижимый перерыв между смертью и смертью превратились в какое-то дикое, яростное наслаждение солнцем, песком и морем. Целыми днями мы валялись на пляже, подставляя голые тела солнцу. Быть голыми, без выкладки, без оружия, без формы, — это само по себе уже равносильно миру. Мы буйно резвились на пляже, снова и снова штурмом врывались в море, мы ощущали свои тела, свое дыхание, свои движения со всей силой, которая связывала нас с жизнью. В эти часы мы забывались, мы хотели забыть обо всем. Но вечером, в сумерках, когда серые тени набегали из-за горизонта на бледнеющее море. к рокоту прибоя медленно примешивался другой звук; он усиливался и наконец, словно глухая угроза, перекрывал морской шум. То был грохот фронтовой канонады. И тогда внезапно обрывались разговоры, наступало напряженное молчание, люди поднимали головы и вслушивались, и на радостных лицах мальчишек, наигравшихся до полного изнеможения, неожиданно и резко проступал суровый облик солдата; и еще на какое-то мгновение по лицам солдат пробегало глубокое и тягостное изумление, тоска, в которой было всё, что так и осталось невысказанным: мужество, и горечь, и жажда жизни, воля выполнить свой долг, отчаяние, надежда и загадочная скорбь тех, кто смолоду обречен на смерть. Через несколько дней началось большое наступление, и уже третьего июля в роте осталось только тридцать два человека. Майер, Хольтхофф и Лютгенс были убиты.

И очень-очень важный для меня отрывок из сильного эпизода книги. О дружбе...

— Она выживет? — спросил я.

— Кровотечение должно прекратиться, — сказал врач. Я позвал горничную, и мы побежали по дороге. Она показала мне дом, где был телефон. Я позвонил у парадного. В доме сидело небольшое общество за кофе и пивом. Я обвел всех невидящим взглядом, не понимая, как могут люди пить пиво, когда Пат истекает кровью. Заказав срочный разговор, я ждал у аппарата. Вслушиваясь в гудящий мрак, я видел сквозь портьеры часть смежной комнаты, где сидели люди. Всё казалось мне туманным и вместе с тем предельно четким. Я видел покачивающуюся лысину, в которой отражался желтый свет лампы, видел брошь на черной тафте платья со шнуровкой, и двойной подбородок, и пенсне, и высокую вздыбленную прическу; костлявую старую руку с вздувшимися венами, барабанившую по столу... Я не хотел ничего видеть, но был словно обезоружен — всё само проникало в глаза, как слепящий свет.

.....

— Хорошо, сестра, — сказал я, чувствуя смертельную усталость, — если профессор Жаффе придет, попросите его немедленно позвонить сюда. — Я сообщил ей номер. — Но немедленно! Прошу вас, сестра.

Я остался на месте. Качающиеся головы, лысина, брошь, соседняя комната — всё куда-то ушло, откатилось, как блестящий резиновый мяч. Я осмотрелся. Здесь я больше ничего не мог сделать. Надо было только попросить хозяев позвать меня, если будет звонок. Но я не решался отойти от телефона, он был для меня как спасательный круг. И вдруг я сообразил, как поступить. Я снял трубку и назвал номер Кестера. Его-то я уж застану на месте. Иначе быть не может.

И вот из хаоса ночи выплыл спокойный голос Кестера. Я сразу же успокоился и рассказал ему всё. Я чувствовал, что он слушает и записывает.

— Хорошо, — сказал он, — сейчас же еду искать его. Позвоню. Не беспокойся. Найду. Вот всё и кончилось. Весь мир успокоился. Кошмар прошел.

...

Врач пришел обратно:

— Это был не профессор...

Я встал.

— Звонил ваш друг Ленц. — Кестер не нашел его?

— Нашел. Профессор сказал ему, что надо делать. Ваш друг Ленц передал мне эти указания по телефону. Всё очень толково и правильно. Ваш приятель Ленц — врач?

— Нет. Хотел быть врачом... но где же Кестер? — спросил я.

Врач посмотрел на меня:

— Ленц сказал, что Кестер выехал несколько минут тому назад. С профессором.

Я прислонился к стене.

— Отто! — проговорил я.

— Да, — продолжал врач, — и, по мнению вашего друга Ленца, они будут здесь через два часа — это единственное, что он сказал неправильно. Я знаю дорогу. При самой быстрой езде им потребуется свыше трех часов, не меньше.

— Доктор, — ответил я. — Можете не сомневаться. Если он сказал — два часа, значит ровно через два часа они будут здесь.

— Невозможно. Очень много поворотов, а сейчас ночь.
— Увидите... — сказал я.
— Так или иначе... конечно, лучше, чтобы он приехал.

Я не мог больше оставаться в доме и вышел. Стало туманно. Вдали шумело море. С деревьев падали капли. Я осмотрелся. Я уже не был один. Теперь где-то там на юге, за горизонтом, ревел мотор. За туманом по бледносерым дорогам летела помощь, фары разбрызгивали яркий свет, свистели покрышки, и две руки сжимали рулевое колесо, два глаза холодным уверенным взглядом сверлили темноту: глаза моего друга...

...

Меня знобило. Где-то гудел жук, но он не приближался... он не приближался. Он гудел ровно и тихо: потом гудение исчезло; вот оно послышалось снова... вот опять... Я вдруг задрожал... это был не жук, а машина; где-то далеко она брала повороты на огромной скорости. Я словно окостенел и затаил дыхание, чтобы лучше слышать: снова... снова тихий, высокий звук, словно жужжание разгневанной осы. А теперь громче... я отчетливо различал высокий тон компрессора! И тогда натянутый до предела горизонт рухнул и провалился в мягкую бесконечность, погребая под собой ночь, боязнь, ужас, — я подскочил к двери и, держась за косяк, сказал:

— Они едут! Доктор, Пат, они едут. Я их уже слышу! В течение всего вечера врач считал меня сумасшедшим. Он встал и тоже прислушался.

— Это, вероятно, другая машина, — сказал он наконец.
— Нет, я узнаю мотор.
— Невозможно, — коротко отрезал он и вернулся в комнату.

Я остался на месте, дрожа от волнения.

— «Карл», «Карл»! — повторял я. Теперь чередовались приглушенные удары и взрывы. Машина, очевидно, уже была в деревне и мчалась с бешеной скоростью вдоль домов. Вот рев мотора стал тише; он слышался за лесом, а теперь он снова нарастал, неистовый и ликующий. Яркая полоса прорезала туман... Фары... Гром.. Ошеломленный врач стоял около меня. Слепящий свет стремительно надвигался на нас. Заскрежетали тормоза, а машина остановилась у калитки. Я побежал к ней. Профессор сошел с подножки. Он не обратил на меня внимания и направился прямо к врачу. За ним шел Кестер.
    Слишком все уж тут просто. Но когда в очередной раз гости задали вопрос: - "А как ты жаришь такую вкусную картошку?".  В том-то и дело, что я ничего не жарю. А просто эти полтора часа отдыхаю. Она сама жарится. А я, к примеру, могу смело пойти погулять с собакой в парк. За плитой следить не надо. Главное, время засечь. И при таком способе готовки она получается менее калорийной, как мне кажется. А если ее рассматривать не как гарнир к чему-то мясному, а как самостоятельное блюдо, то сводим до минимума риск прибавления лишних ненужных нам килограммов. И еще, что немаловажно, не надо потом мыть сковородку и оттирать плиту или духовку от масляных брызг. Ну и все-таки есть определенные хитрости, чтобы получилось именно, как у меня. Так что, выкладываю.

108178881_1974

Ингредиенты:

Картофель — 1 кг
Морковь — 1 шт
Лук репчатый — 1 шт
Помидор — 1 шт
Приправа (для картофеля, у меня торговой марки "Камис") — 2 ст. л.
Масло растительное (без запаха) — 1 ст. л.
Масло оливковое (extra virgin, здесь пропорций нет, по желанию и по вкусу, можно и без него обойтись)
Зелень (по вкусу)
Чеснок (по вкусу)

Приготовление:

Картошку нарезать, как хотите, но только не тонкой соломкой. Иначе велика вероятность того, что она в кашу превратится, а нам этого не надо. Лук режем тонкими полукольцами. Морковку - длинными брусочками, так просто покрасивее получится. Помидор натереть на терке и добавить к картофелю. Он придаст сочности, компенсируя количество масла. Все сложить в миску. Добавить приправу. Если приправа с солью, то солить больше и не надо. Дальше добавить масло растительное. На килограмм картофеля у меня идет ровно одна столовая ложка всего. Этого достаточно. Если бы жарили на сковородке, то таким количеством вряд ли бы обошлись. Перемешать.

Упаковываем все в рукав для запекания, ставим в духовку, засекаем времечко и ... свободны! Килограмм картошки у меня при температуре 180 градусов запекается ровно полтора часа. Духовки, конечно, у всех разные и со временем приготовления каждая хозяйка должна определиться сама, для этого достаточно один раз приготовить и будете точно знать сколько времени Вам потребуется. Когда будете готовить в первый раз, ни в коем случае не уходить «с собакой гулять» :) . В первый раз, как в первый класс - надо все контролировать. Мало ли... Потом, когда готовка пойдет на "автомате", то можно хоть на маникюр идти.

Дальше нарезаем меленько зелень и чесночок, добавляем к картошке, прикрываем пленкой и пускай настоится и пропитается ароматами минут пять.

Дальше раскладываем по тарелочкам. У нас получилась абсолютно натуральная жареная картошка, как на сковородке, только масла раза в три-четыре меньше и проблем тоже. И не такая засушенная, как просто на противне. И следить не надо, когда прочувствуете рецепт.

Вкусссно!!


Оригинал взят у [livejournal.com profile] sergey_gora в Жареная картошка "Хозяйка отдыхает"


Оригинал взят у [livejournal.com profile] yushchuk в Кейс. Факты в разведке ничего не значат
Генерал Плэтт в своей книге "ИНФОРМАЦИОННАЯ РАБОТА СТРАТЕГИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ. ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ", вышедшей еще в середине 1950-х, и переиздающейся по сей день, показал, что факты в разведке сами по себе ничего не значат. Задача специалиста разведки (и Конкурентной разведки, в том числе) - верно интерпретировать факты. О том, как это показывал Плэтт, можно подробнее прочитать вот тут.

Ну, а я покажу на сегодняшнем примере, почему это утверждение Плэтта верно.

Вот что написали многие СМИ, отразив факт:




А вот как эта информация стала действительно значимой, после аргументированной интерпретации этого факта:





Read more... )
Посмотрите как великолепно поет моя землячка!

Оригинал взят у [livejournal.com profile] planeta_tyva в Тувинская девочка на шоу голос сорвала шквал оваций!
Наша гордость! Ай-Кыс Кыргыс и «I Will Survive» в её великолепном исполнении. Умничка!




Их называют по - разному: то директор Торгового комплекса, то начальник оптово - розничного центра, то председатель чего - то там. В народе их по привычке именуют "базарком" и возглавляют они базары.
Базарком - фигура легендарная. Занять должность базаркома - предел мечтаний. Но и стать базаркомом - задача невероятной сложности.Read more... )


Очень такое мотивационное стихотворение. Только не надо его очень буквально на корпоративную политику и отношение к сотрудникам транслировать. ) Просто каждый из нас по-своему лошадь.
Read more... )





Либерализм – это технология лишения народа власти. Именно поэтому глобализм строят по либеральной модели. В глобальном проекте власть не может и не должна принадлежать людям, странам и т.п. И либерализм идеально решает эту задачу – он является антиподом демократии и современным способом порабощения людей.

Либерализм, кстати, и не обещал никогда и никому власти. Либеральная идея – это права, свободы, гарантии, всё что угодно – но только не власть. Власть – это демократия.Read more... )
Оригинал взят у [livejournal.com profile] ladik2005 в Третий......

Текст поста убираю , ибо , имхо, он все-таки личный.




Оригинал взят у [livejournal.com profile] dzhelsomino в Как приготовить солянку
Люблю солянку!
Оригинал взят у [livejournal.com profile] analitic в Как приготовить солянку
1

Лучший суп зимы – это солянка. Горячее блюдо, вкус которого является острым, кислым и соленым одновременно, идеально согреет в холода.
Густая, пряная, острая солянка с XVI века был одним из любимейших супов в России. Ее готовят на крепком мясном или рыбном бульоне, добавляют копчения, соления, подкисляют лимончиком.

Солянка – очень удобный суп, в нее можно положить все горбушки от колбас и остатки сосисок, которые завалялись у вас в холодильнике. Причем чем больше разных сортов мясных деликатесов окажется в супе, тем он будет интереснее.

ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ ИНГРЕДИЕНТЫ:

Насыщенный бульон
Не важно какой будет бульон – мясной, рыбный, грибной - главное, чтобы он был насыщенным и крепким. Поэтому к куску мяса добавляется косточка, а самого мяса может быть несколько сортов. Рыба обязательно тоже берется разная.
Read more... )


Profile

notes4myfamily

April 2017

S M T W T F S
      1
23 4 5 6 78
9 10 11 12 13 1415
16 17 18 19 20 2122
23 24 25 26 27 2829
30      

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 05:47 am
Powered by Dreamwidth Studios