Feb. 22nd, 2017

Оригинал взят у [livejournal.com profile] mr_aug в Ремарк "Три товарища"
Снова перечитываю...

Я плавал целый час и теперь загорал на пляже. Пат была еще в воде. Ее белая купальная шапочка то появлялась, то исчезала в синем перекате волн. Над морем кружились и кричали чайки. На горизонте медленно плыл пароход, волоча за собой длинный султан дыма.

Сильно припекало солнце. В его лучах таяло всякое желание сопротивляться сонливой бездумной лени. Я закрыл глаза и вытянулся во весь рост. Подо мной шуршал горячий песок. В ушах отдавался шум слабого прибоя. Я начал что-то вспоминать, какой-то день, когда лежал точно так же...

Это было летом 1917 года. Наша рота находилась тогда во Фландрии, и нас неожиданно отвели на несколько дней в Остенде на отдых. Майер, Хольтхофф, Брейер, Лютгенс, я и еще кое-кто. Большинство из нас никогда еще не было у моря, и эти немногие дни, этот почти непостижимый перерыв между смертью и смертью превратились в какое-то дикое, яростное наслаждение солнцем, песком и морем. Целыми днями мы валялись на пляже, подставляя голые тела солнцу. Быть голыми, без выкладки, без оружия, без формы, — это само по себе уже равносильно миру. Мы буйно резвились на пляже, снова и снова штурмом врывались в море, мы ощущали свои тела, свое дыхание, свои движения со всей силой, которая связывала нас с жизнью. В эти часы мы забывались, мы хотели забыть обо всем. Но вечером, в сумерках, когда серые тени набегали из-за горизонта на бледнеющее море. к рокоту прибоя медленно примешивался другой звук; он усиливался и наконец, словно глухая угроза, перекрывал морской шум. То был грохот фронтовой канонады. И тогда внезапно обрывались разговоры, наступало напряженное молчание, люди поднимали головы и вслушивались, и на радостных лицах мальчишек, наигравшихся до полного изнеможения, неожиданно и резко проступал суровый облик солдата; и еще на какое-то мгновение по лицам солдат пробегало глубокое и тягостное изумление, тоска, в которой было всё, что так и осталось невысказанным: мужество, и горечь, и жажда жизни, воля выполнить свой долг, отчаяние, надежда и загадочная скорбь тех, кто смолоду обречен на смерть. Через несколько дней началось большое наступление, и уже третьего июля в роте осталось только тридцать два человека. Майер, Хольтхофф и Лютгенс были убиты.

И очень-очень важный для меня отрывок из сильного эпизода книги. О дружбе...

— Она выживет? — спросил я.

— Кровотечение должно прекратиться, — сказал врач. Я позвал горничную, и мы побежали по дороге. Она показала мне дом, где был телефон. Я позвонил у парадного. В доме сидело небольшое общество за кофе и пивом. Я обвел всех невидящим взглядом, не понимая, как могут люди пить пиво, когда Пат истекает кровью. Заказав срочный разговор, я ждал у аппарата. Вслушиваясь в гудящий мрак, я видел сквозь портьеры часть смежной комнаты, где сидели люди. Всё казалось мне туманным и вместе с тем предельно четким. Я видел покачивающуюся лысину, в которой отражался желтый свет лампы, видел брошь на черной тафте платья со шнуровкой, и двойной подбородок, и пенсне, и высокую вздыбленную прическу; костлявую старую руку с вздувшимися венами, барабанившую по столу... Я не хотел ничего видеть, но был словно обезоружен — всё само проникало в глаза, как слепящий свет.

.....

— Хорошо, сестра, — сказал я, чувствуя смертельную усталость, — если профессор Жаффе придет, попросите его немедленно позвонить сюда. — Я сообщил ей номер. — Но немедленно! Прошу вас, сестра.

Я остался на месте. Качающиеся головы, лысина, брошь, соседняя комната — всё куда-то ушло, откатилось, как блестящий резиновый мяч. Я осмотрелся. Здесь я больше ничего не мог сделать. Надо было только попросить хозяев позвать меня, если будет звонок. Но я не решался отойти от телефона, он был для меня как спасательный круг. И вдруг я сообразил, как поступить. Я снял трубку и назвал номер Кестера. Его-то я уж застану на месте. Иначе быть не может.

И вот из хаоса ночи выплыл спокойный голос Кестера. Я сразу же успокоился и рассказал ему всё. Я чувствовал, что он слушает и записывает.

— Хорошо, — сказал он, — сейчас же еду искать его. Позвоню. Не беспокойся. Найду. Вот всё и кончилось. Весь мир успокоился. Кошмар прошел.

...

Врач пришел обратно:

— Это был не профессор...

Я встал.

— Звонил ваш друг Ленц. — Кестер не нашел его?

— Нашел. Профессор сказал ему, что надо делать. Ваш друг Ленц передал мне эти указания по телефону. Всё очень толково и правильно. Ваш приятель Ленц — врач?

— Нет. Хотел быть врачом... но где же Кестер? — спросил я.

Врач посмотрел на меня:

— Ленц сказал, что Кестер выехал несколько минут тому назад. С профессором.

Я прислонился к стене.

— Отто! — проговорил я.

— Да, — продолжал врач, — и, по мнению вашего друга Ленца, они будут здесь через два часа — это единственное, что он сказал неправильно. Я знаю дорогу. При самой быстрой езде им потребуется свыше трех часов, не меньше.

— Доктор, — ответил я. — Можете не сомневаться. Если он сказал — два часа, значит ровно через два часа они будут здесь.

— Невозможно. Очень много поворотов, а сейчас ночь.
— Увидите... — сказал я.
— Так или иначе... конечно, лучше, чтобы он приехал.

Я не мог больше оставаться в доме и вышел. Стало туманно. Вдали шумело море. С деревьев падали капли. Я осмотрелся. Я уже не был один. Теперь где-то там на юге, за горизонтом, ревел мотор. За туманом по бледносерым дорогам летела помощь, фары разбрызгивали яркий свет, свистели покрышки, и две руки сжимали рулевое колесо, два глаза холодным уверенным взглядом сверлили темноту: глаза моего друга...

...

Меня знобило. Где-то гудел жук, но он не приближался... он не приближался. Он гудел ровно и тихо: потом гудение исчезло; вот оно послышалось снова... вот опять... Я вдруг задрожал... это был не жук, а машина; где-то далеко она брала повороты на огромной скорости. Я словно окостенел и затаил дыхание, чтобы лучше слышать: снова... снова тихий, высокий звук, словно жужжание разгневанной осы. А теперь громче... я отчетливо различал высокий тон компрессора! И тогда натянутый до предела горизонт рухнул и провалился в мягкую бесконечность, погребая под собой ночь, боязнь, ужас, — я подскочил к двери и, держась за косяк, сказал:

— Они едут! Доктор, Пат, они едут. Я их уже слышу! В течение всего вечера врач считал меня сумасшедшим. Он встал и тоже прислушался.

— Это, вероятно, другая машина, — сказал он наконец.
— Нет, я узнаю мотор.
— Невозможно, — коротко отрезал он и вернулся в комнату.

Я остался на месте, дрожа от волнения.

— «Карл», «Карл»! — повторял я. Теперь чередовались приглушенные удары и взрывы. Машина, очевидно, уже была в деревне и мчалась с бешеной скоростью вдоль домов. Вот рев мотора стал тише; он слышался за лесом, а теперь он снова нарастал, неистовый и ликующий. Яркая полоса прорезала туман... Фары... Гром.. Ошеломленный врач стоял около меня. Слепящий свет стремительно надвигался на нас. Заскрежетали тормоза, а машина остановилась у калитки. Я побежал к ней. Профессор сошел с подножки. Он не обратил на меня внимания и направился прямо к врачу. За ним шел Кестер.
    Слишком все уж тут просто. Но когда в очередной раз гости задали вопрос: - "А как ты жаришь такую вкусную картошку?".  В том-то и дело, что я ничего не жарю. А просто эти полтора часа отдыхаю. Она сама жарится. А я, к примеру, могу смело пойти погулять с собакой в парк. За плитой следить не надо. Главное, время засечь. И при таком способе готовки она получается менее калорийной, как мне кажется. А если ее рассматривать не как гарнир к чему-то мясному, а как самостоятельное блюдо, то сводим до минимума риск прибавления лишних ненужных нам килограммов. И еще, что немаловажно, не надо потом мыть сковородку и оттирать плиту или духовку от масляных брызг. Ну и все-таки есть определенные хитрости, чтобы получилось именно, как у меня. Так что, выкладываю.

108178881_1974

Ингредиенты:

Картофель — 1 кг
Морковь — 1 шт
Лук репчатый — 1 шт
Помидор — 1 шт
Приправа (для картофеля, у меня торговой марки "Камис") — 2 ст. л.
Масло растительное (без запаха) — 1 ст. л.
Масло оливковое (extra virgin, здесь пропорций нет, по желанию и по вкусу, можно и без него обойтись)
Зелень (по вкусу)
Чеснок (по вкусу)

Приготовление:

Картошку нарезать, как хотите, но только не тонкой соломкой. Иначе велика вероятность того, что она в кашу превратится, а нам этого не надо. Лук режем тонкими полукольцами. Морковку - длинными брусочками, так просто покрасивее получится. Помидор натереть на терке и добавить к картофелю. Он придаст сочности, компенсируя количество масла. Все сложить в миску. Добавить приправу. Если приправа с солью, то солить больше и не надо. Дальше добавить масло растительное. На килограмм картофеля у меня идет ровно одна столовая ложка всего. Этого достаточно. Если бы жарили на сковородке, то таким количеством вряд ли бы обошлись. Перемешать.

Упаковываем все в рукав для запекания, ставим в духовку, засекаем времечко и ... свободны! Килограмм картошки у меня при температуре 180 градусов запекается ровно полтора часа. Духовки, конечно, у всех разные и со временем приготовления каждая хозяйка должна определиться сама, для этого достаточно один раз приготовить и будете точно знать сколько времени Вам потребуется. Когда будете готовить в первый раз, ни в коем случае не уходить «с собакой гулять» :) . В первый раз, как в первый класс - надо все контролировать. Мало ли... Потом, когда готовка пойдет на "автомате", то можно хоть на маникюр идти.

Дальше нарезаем меленько зелень и чесночок, добавляем к картошке, прикрываем пленкой и пускай настоится и пропитается ароматами минут пять.

Дальше раскладываем по тарелочкам. У нас получилась абсолютно натуральная жареная картошка, как на сковородке, только масла раза в три-четыре меньше и проблем тоже. И не такая засушенная, как просто на противне. И следить не надо, когда прочувствуете рецепт.

Вкусссно!!


Оригинал взят у [livejournal.com profile] sergey_gora в Жареная картошка "Хозяйка отдыхает"


Оригинал взят у [livejournal.com profile] yushchuk в Кейс. Факты в разведке ничего не значат
Генерал Плэтт в своей книге "ИНФОРМАЦИОННАЯ РАБОТА СТРАТЕГИЧЕСКОЙ РАЗВЕДКИ. ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ", вышедшей еще в середине 1950-х, и переиздающейся по сей день, показал, что факты в разведке сами по себе ничего не значат. Задача специалиста разведки (и Конкурентной разведки, в том числе) - верно интерпретировать факты. О том, как это показывал Плэтт, можно подробнее прочитать вот тут.

Ну, а я покажу на сегодняшнем примере, почему это утверждение Плэтта верно.

Вот что написали многие СМИ, отразив факт:




А вот как эта информация стала действительно значимой, после аргументированной интерпретации этого факта:





Read more... )
Посмотрите как великолепно поет моя землячка!

Оригинал взят у [livejournal.com profile] planeta_tyva в Тувинская девочка на шоу голос сорвала шквал оваций!
Наша гордость! Ай-Кыс Кыргыс и «I Will Survive» в её великолепном исполнении. Умничка!




Их называют по - разному: то директор Торгового комплекса, то начальник оптово - розничного центра, то председатель чего - то там. В народе их по привычке именуют "базарком" и возглавляют они базары.
Базарком - фигура легендарная. Занять должность базаркома - предел мечтаний. Но и стать базаркомом - задача невероятной сложности.Read more... )


Очень такое мотивационное стихотворение. Только не надо его очень буквально на корпоративную политику и отношение к сотрудникам транслировать. ) Просто каждый из нас по-своему лошадь.
Read more... )





Либерализм – это технология лишения народа власти. Именно поэтому глобализм строят по либеральной модели. В глобальном проекте власть не может и не должна принадлежать людям, странам и т.п. И либерализм идеально решает эту задачу – он является антиподом демократии и современным способом порабощения людей.

Либерализм, кстати, и не обещал никогда и никому власти. Либеральная идея – это права, свободы, гарантии, всё что угодно – но только не власть. Власть – это демократия.Read more... )
Оригинал взят у [livejournal.com profile] ladik2005 в Третий......

Текст поста убираю , ибо , имхо, он все-таки личный.




Оригинал взят у [livejournal.com profile] dzhelsomino в Как приготовить солянку
Люблю солянку!
Оригинал взят у [livejournal.com profile] analitic в Как приготовить солянку
1

Лучший суп зимы – это солянка. Горячее блюдо, вкус которого является острым, кислым и соленым одновременно, идеально согреет в холода.
Густая, пряная, острая солянка с XVI века был одним из любимейших супов в России. Ее готовят на крепком мясном или рыбном бульоне, добавляют копчения, соления, подкисляют лимончиком.

Солянка – очень удобный суп, в нее можно положить все горбушки от колбас и остатки сосисок, которые завалялись у вас в холодильнике. Причем чем больше разных сортов мясных деликатесов окажется в супе, тем он будет интереснее.

ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ ИНГРЕДИЕНТЫ:

Насыщенный бульон
Не важно какой будет бульон – мясной, рыбный, грибной - главное, чтобы он был насыщенным и крепким. Поэтому к куску мяса добавляется косточка, а самого мяса может быть несколько сортов. Рыба обязательно тоже берется разная.
Read more... )


Profile

notes4myfamily

April 2017

S M T W T F S
      1
23 4 5 6 78
9 10 11 12 13 1415
16 17 18 19 20 2122
23 24 25 26 27 2829
30      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 06:44 pm
Powered by Dreamwidth Studios